Обложки книг «Опоздавший Соловей», «Птичье радио» и «Блоха-хитряйка». Коллаж: Новая Польша

Обложки книг «Опоздавший Соловей», «Птичье радио» и «Блоха-хитряйка». Коллаж: Новая Польша

Крылатые фразы из детских произведений польских литераторов.

Отдельные емкие фразы из сказок и стишков , которые читают в детском саду или дома, надолго остаются в памяти и мгновенно отсылают к определенному контексту. Когда мама произносит первые строки из «Лентяя» Яна Бжехвы «У лентяя нет забот» , известно, что дальше подразумевается «он весь день баклуши бьет» (Na tapczanie siedzi leń / Nic nie robi cały dzień) перевод Игоря Белова — это значит , что пора бы уже начать что-то делать. А когда поляки говорят «пуф — как жарко!» (puff jak gorąco) , перевод Марка Живова то мы , хоть вроде бы это слова не значат ничего большего, будто слышим звуки «Паровоза» Юлиана Тувима, из которого эта фраза.

Никогда человек не усваивает новое так легко , как в детстве — наверное, именно поэтому мы так хорошо помним многие детские стихи и сказки. А может, потому, что в течение многих лет польские авторы этих произведений были действительно выдающимися — речь идет в первую очередь о таких многогранных мастерах, как Юлиан Тувим и Ян Бжехва. Впрочем , эти фамилии заслуживают внимания не только в контексте детской литературы. Тувим — это поэт, писатель, автор скетчей и песен — один из самых популярных литераторов межвоенного двадцатилетия. А Бжехва был, собственно говоря, адвокатом, но все мы знаем его как автора сказок и стихов для самых маленьких и сатирических текстов для взрослых. Оба, кроме того, переводили русскую литературу. Нельзя здесь не вспомнить и Ванду Хотомскую (поэтессу и писательницу , автора в том числе известной сказки «Яцек и Агатка»), и Иоанну Кульмову (поэтессу, а также режиссера и основательницу Варшавской камерной оперы), и Людвика Ежи Керна (сатирика, журналиста, переводчика и автора песенных текстов).

Так чем же мы обязаны всем этим авторам? Целой гаммой присказок , которые объединяют поколения!

Начнем с Юлиана Тувима. Мы уже вспоминали строки «У лентяя нет забот , он весь день баклуши бьет», которым начинается одноименный стих. Хотя его герой очевидно пинает балду, он утверждает, что очень устал от того, что съел завтрак или почесал голову. Эти строки — наша первая ассоциация с таким совершенным ничегонеделанием.

«— Где летал ты? Где порхал ты? / Я волнуюсь , плачу… / — Ты прости, — он отвечает / Сладким тенорочком. — / Чудный вечер! Захотелось / Погулять пешочком…» (Gdzieś ty latał? Gdzieś ty fruwał? Przecież ja tu płaczę! — Wybacz moje złoto , ale wieczór taki piękny że szedłem piechotą). перевод Марка Живова Стихотворение «Опоздавший Соловей» — это очаровательная история о том , как пани Соловьиха беспокоится из-за того, что ее возлюбленный вовремя не вернулся домой и представляет себе разные несчастья, которые могли с ним случиться, а он тем временем спокойненько прогуливается. «Чудный вечер! Захотелось погулять пешочком…» можно сказать в любой подходящей ситуации — в качестве объяснения, почему кто-то опоздал, или просто для информации, или даже в качестве предложения пойти погулять.

Продолжая тему , послушаем еще «Птичье радио». В этом стихотворении пернатые подшучивают друг над другом и ссорятся, а особенной популярностью пользуются две цитаты оттуда. «Знают все , я — не сКУпая / Но КУ-КУ не уступаю» (Bierz , co chcesz, bo ja nie skąpię, Ale kuku nie ustąpię), — говорит кукушка другой птице, которая также издает звук «ку-ку», а мы — когда хотим сказать, мол, бери, что хочешь, но только не эту вещь. А вторая — это вопросы чайки (в русском переводе — чибиса): «Были где? Пили что?» (Byłaś gdzie? Piłaś co?). перевод Алексея Самсонова; в классическом переводе Сергея Михалкова стихотворение сильно сокращено и эти фрагменты отсутствуют Эти слова можно использовать как дословно , так и спрашивая, нет хочет ли собеседник чего-то выпить.

Выражение «щелчок-электричок» (pstryczek-elektryczek) в классическом переводе Елены Благининой — «чик» тоже , о чем уже мало кто помнит, появилось благодаря стихотворению. Это популярное определение не только для включателя света, но и для любых кнопок подобного назначения.

«Раскричался пан Хиларий: "Эй , очки! Куда пропали?!"» (Biega , krzyczy pan Hilary: Gdzie są moje okulary?) перевод Алексея Самсонова; в классическом переводе Сергея Михалкова пан Хиларий превратился в тетю Валю — так говорим в ситуациях , когда кто-то (возможно, даже мы сами) ищет и не может найти чего-то, что находится у него под носом. Или даже, как очки в стихотворении, на носу.

«Зося-Самося» (Zosia Samosia) — так можно назвать человека , который, как героиня одноименного стиха, все делает сам и не хочет принять помощь, потому что считает, что сам все сделает наилучшим образом.

«Самохвала» (Samochwała) же — это такой человек , который сам себя нахваливает, рассказывая, как он все прекрасно сделал, как он хорош и что никто не сделает нечто так, как он. Иногда, чтобы в шутку похвалить самих себя, мы цитируем и другие строки из одноименного стихотворения: «Я талант невероятный / И одета всех нарядней» (Zdolna jestem niesłychanie , Najpiękniejsze mam ubranie). Ну и, конечно, «Как скажу , так уж скажу» (Jak coś powiem , to już powiem) — подчеркивая, что говорящий самый умный и во всем прав. Мы часто перефразируем эти слова, говоря о ком-то, что он «как скажет, так уж скажет» — обычно в шутку, но иногда и всерьез.

Ну и , конечно, уже упоминавшийся «Паровоз», который большинство поляков цитирует слету в соответствующих ситуациях. Например, когда речь идет о том, как трудно бывает сделать что-то: «Но если б явились хоть сто силачей / И если бы съели по сто калачей / И если б вагоны толкали все вместе / И то бы вагоны стояли на месте» (Lecz choćby przyszło tysiąc atletów , I każdy zjadłby tysiąc kotletów, I każdy nie wiem jak się wytężał, To nie udźwigną, taki to ciężar). Или другой, о том, как что-то сперва идет медленно, а потом ускоряется: «Как черепаха вначале ползет / Потом все быстрее по рельсам вперед» (Najpierw — powoli — jak żółw — ociężale / Ruszyła — maszyna — po szynach — ospale). перевод Марка Живова

А еще Тувим написал стихотворный вариант русской народной сказки про репку: дедка за репку , бабка за дедку, дальше внучек (!) за бабку… В зависимости от того, о чем идет речь, можно процитировать «бабка за дедку , внучек за бабку» (babcia za dziadka , wnuczek za babcię), чтобы подчеркнуть взаимопомощь, или же, напротив, «тянут и тянут , вытянуть не могут» (ciągną i ciągną , wyciągnąć nie mogą), когда мы хотим сказать, что, несмотря на общие усилия, у нас что-то не получается.

Второй важный автор — это Ян Бжехва , автор, например, слов знаменитой песенки: «На Бергамотских островах / Есть кот в высоких сапогах / Там кто-то видел , — вот дела! — / Как муравей везет осла» (Na wyspach Bergamutach / Podobno jest kot w butach , / Widziano także osła, / Którego mrówka niosła). Автор этого перевода, близкого к тексту, неизвестен; более популярная версия Бориса Заходера называется «На Горизонтских островах». Бергамотскими островами мы называем сказочное место , в котором все возможно.

«От прилавка в день торговый / Доносились до ушей / Разговоры овощей» (Na straganie w dzień targowy takie słyszy się rozmowy) — так можно сказать в ситуации , когда много людей говорит одновременнo, препираются друг с другом и каждому есть что сказать. Именно так в стихотворении Бжехвы общаются между собой овощи. Оттуда же и другая популярная фраза: «Сельдерей вздыхает: “Ндаааа…”» (A to feler , westchnął seler) перевод Ирины Мотковой — совершенно непроизвольно , стоит кому-то сказать a to feler, то есть дословно «вот досада», другой непременно продолжит: westchnął seler.

«Энтли́чек-пентли́чек , коробочка спичек» (Entliczek-pentliczek , czerwony stoliczek) перевод Бориса Заходера, дословно — энтличек-пентличек, красный столик — эти слова звучат как считалочка , а меж тем это начало стихотворения. Что интересно, мы часто употребляем их как магическое заклинание, вроде крекс-пекс-фекс, хотя в стихотворении они обозначают совсем не это. Что-то вроде: вот только что чего-то не было, бац — и есть! Ну и в качестве считалочки, конечно, они тоже используются.

«Стас Любопытский» (Staś Pytalski) перевод Михаила Яснова — так могут назвать любого слишком любопытного человека , того, кто задает много вопросов, на которые мы не знаем ответа.

«В пляс пошли иголка с ниткой» (Tańcowała igła z nitką) перевод Алексея Самсонова — так мы говорим , когда один человек делает что-то хорошо, а другой не очень. Или же один приятен и обаятелен, а другой не особо. В стихотворении изящная иголка противопоставляется неуклюжей нитке.

«В жизни главное — манеры!» (Grunt to dobre wychowanie!) перевод Алексея Самсонова — эту фразу мы повторяем , когда кто-то ведет себя совершенно неподобающе. Ведь именно так говорил некая наседка, которая всех пыталась научить хорошим манерам, хотя их явно недоставало ей самой.

«Хотите байку? Вот вам байка» (Chcecie bajki , oto bajka) перевод Алексея Самсонова — такими словами начинается стихотворение (или даже целая поэма) «Блоха-хитряйка» (другие варианты перевода названия — «Коварная блоха» и «Блоха-мошенница»). У Бжехвы это просто присказка к веселой детской сказке , а в повседневном употреблении эта фраза предваряет любую неправдоподобную историю, мечты и фантазии.

Ян Бжехва также написал книжку под названием «Академия пана Кляксы» , которая стала особенно популярной благодаря фильмам, снятым по ее мотивам. Оттуда пошло и выражение, которое приобрело особую известность благодаря песенке: «Расскажу сейчас о том , / Как общаться надо с псом / В этом деле я мастак, / Я учил язык собак» (Wy nie wiecie , a ja wiem, jak rozmawiać trzeba z psem). переводчик неизвестен; звучит в фильме «Академия пана Кляксы» Тут дело обстоит как с цитатой про сельдерей: стоит кому-то сказать «Расскажу сейчас я вам» (в оригинале дословно — «вы не знаете , а я знаю»), это немедленно вызывает ассоциацию с продолжением. Это может также означать, что мы нахваливаем себя или утираем нос кому-то, кто над нами безосновательно смеется.

Тут стоит напомнить и «Вдень-ка ниточку в иголку» (nawlecz igłę) , перевод Косиченко Бр., сайт Стихи.ру о котором я уже писала в статье про цитаты из литературных произведений.

Хотя Тувима и Бжехву мы знаем лучше всего и без колебаний приводим цитаты из их произведений (нередко , впрочем, путая, какая кому из них принадлежит), стоит привести и несколько расхожих фраз других авторов.

«Не топтать ромашки» (Nie deptać stokrotek) вошло в язык благодаря песне , которую написала Ванда Хотомская для группы Gawęda. Не знаю, есть ли в Польше хоть кто-то, кто ходил в детский сад и начальную школу и при этом не пел эту песенку — я, конечно же, пела. О чем же она? Именно о том, на что указывает название — что надо быть аккуратными, чтобы газоны и цветы не гибли под нашими ногами.

«Пан Котик был хворый / Лежал он в кроватке» (Pan kotek był chory i leżał w łóżeczku) — этими словами начинается стишок Станислава Яховича. Так мы может сказать , начиная разговор с кем-то, кто болен. Но важно иметь в виду, что котик заболел по собственной вине, потому что объелся, поэтому порой эти слова звучат иронично. Дальше в стихотворении говорится о том, как к больному пришел врач: «Взял лапку пан Доктор / И слушал бедняжку» (I przyszedł pan doktor , jak się masz koteczku?) перевод Игоря Холда — дословно по-польски доктор говорит «как ты себя чувствуешь , котинька?», и мы тоже можем порой так спросить.

«— Какой вы хотите заказать костюм? — спросил он почтительно. — Красивый , — ни секунды не колеблясь, ответил Фердинанд» (Jaki to ma być garnitur? — zapytał uprzejmie. — Ładny — odparł bez wahania Ferdynand) перевод Святослава Свяцкого — это диалог из приключений «Фердинанда Великолепного» Людвика Ежи Керна. Мы вспоминаем его , когда в разговоре оказывается, что кто-то не знает, как именно что-то надо сделать, только знает, что должно быть красиво. Кстати, памятник Фердинанду (конечно, в костюме!) можно увидеть в Лодзи на углу аллеи Пилсудского и улицы Сенкевича.

И как заядлая театралка я бы хотела привести еще одну из моих любимый цитат — прекрасное определение того , что есть театр. «Вот стремянка — лестница в небо , а миска над лестницей — месяц» (Ta drabina to schody do nieba , a ta miska nad schodami to księżyc). Эту фразу из стихотворения Иоанны Кульмовой часто приводят в разговорах о том, должен ли театр быть дословным или же может быть символичным.

Наверняка есть и множество других цитат , которые кто-то из нас слышал в детстве и которые не попали в эту подборку — думаю, это прекрасно, что у нас есть и воспоминания, общие для нескольких поколений, а есть и личные, домашние. И одни, и другие стоят того, чтобы их помнить.

Перевод Валентины Чубаровой

Катажина Пилярская profile picture

Катажина Пилярская

Все тексты автора

Читайте также